В глубокие тайны веры нельзя посвящать раньше времени

10.06.2016

Когда я говорю со своим 6-летним ребенком о Боге, когда я учу его словам молитвы или веду в храм, я больше всего боюсь ему навредить. Сделать или сказать что-то, что охладит его естественный природный пыл, что сделает его веру формальной и в конечном итоге оттолкнет. Как говорить с ребенком о вере так, чтобы этого не произошло? Как поселить в нем чувство живого Бога, как научить искать в жизни смыслы, чтобы жизнь не казалась ему пустой и скучной, чтобы он не потерялся в ней однажды? И чтоб, если даже потеряется, всегда знал, к Кому ему можно обратиться, к Кому возвать? Об этом продолжение нашего цикла бесед с настоятелем храма во имя святого великомученика и целителя Пантелеимона села Усть-Курдюм, отцом восьмерых детей протоиереем Владимиром Пархоменко.

Правило №1. Не переусердствовать

— Батюшка, как правильно говорить с ребенком о Боге, чтобы все, что с Ним, связано, не превратилось для него в повинность?

— Для начала нужно помнить — дети играют в игры не так, как играют взрослые. Игра для ребенка это практически реальность, он живет этим, не отличая четко в своем сознании игру от жизни. Поэтому самое главное, чтобы все, что ребенка окружает в церковном смысле — храм, молитва, крестик на ночь целовать, перед едой молиться — чтобы это было не с его, а с вашей точки зрения не игра, чтоб это было совершенно естественно и органично. Как естественно, придя с улицы, помыть руки, также естественно проснувшись, первым делом вознести хотя бы короткую молитву Богу. Если в вашем сознании это будет не игра, тогда и он научиться относиться к этому серьезно.

— Вот у меня ребенок проснувшись, первым делом бросается к игрушкам. Хотя я ему объясняю, что прежде нужно подойти к иконе…

— Не обязательно к иконе. Если ребенок маленький, можно научить его, когда он встал, обращаться к Богу со словами благодарности, прямо лежа или сидя в постели: слава Тебе, Господи, что я проснулся, что Ты даришь нам жизнь, этот день…

Не надо длинно, достаточно вот так, своими словами, кратко. Я согласен, все дети разные, но я не видел еще ни одного ребенка, в том числе, если брать моих собственных детей, который бы осмысленно мог бы прочитать молитву «Отче наш» в 5-6 лет. То есть да, бабушка с ним это заучила, он это зазубрил как стихотворение и теперь тараторит. Но это не значит, что он понимает.

— Это точно. У меня ребенок достаточно бойко тараторит, но, конечно, до конца не понимает. Да что ребенок, не каждый взрослый ее с ходу поймет…

— Эта молитва простая, но, с другой стороны, очень глубокая. И ребенку ее смысл очень сложно объяснить подчас. Но я знаю, что в 7-8 лет, когда уже идет взросление, школа, объяснить бывает гораздо проще.

В нашей семье мы не ставили цели, чтобы у нас дети к 6 годам уже знали «Отче наш». Но так получается, что, живя в церковной семье, к 7-8 годам они сами ее выучивают естественным образом. Если мама и папа молятся, то ребенок эту молитву слышит и запоминает.

— В некоторых церковных книгах можно найти перечень того, что ребенок, с точки зрения авторов этих книг, якобы должен знать к определенному возрасту – какие молитвы к трем годам, к шести…

— Да, а к десяти он должен знать уже столько, сколько у нас семинарист не знает!

Это странно. Во-первых, это нигде не прописано, ни в каких канонах. Кто это придумал, кто это сказал, на каком основании? Понятно, что иногда там ссылаются на авторитетных священников, но здесь нужно учитывать, что даже авторитетный священник мог сказать что-либо по частному случаю, либо с учетом определенной среды.

Я считаю, что самое главное это в принципе приучить ребенка к молитве. Не к заученным текстам, а к молитве как к способу общения с Богом, чтобы он общаться с Богом привык. Как говорили святые отцы, привычка к благому помогает, спасает. Поэтому в хорошем смысле привычка должна быть сформирована. Пусть это будет кратко – «Господи, помилуй», «Пресвятая Богородица, спаси нас»…

Правило №2. Не превращать в формальность

— А если ребенок еще не понимает, от чего его нужно спасать и зачем миловать?

— Да, вы правы, он не понимает, потому что у него нет еще чувства вины. Поэтому пусть молится так: «Слава тебе, Господи!», «Пресвятая Богородица, моли Бога о нас». «Моли», а не «спаси».

Главное возносить Богу славословия, хвалить Его, благодарить, славить. Славословие — это высшая форма молитвы, и именно она каким-то чудесным образом оказывается понятна и ребенку.

Святому можно молиться: «Святой, — допустим, — Андрей, моли Бога о нас». И так ему и объяснять, что у тебя есть святой, который за тебя перед Богом молиться, чтоб у тебя все было хорошо. То есть простые вещи такие.

Но самое главное в религиозном воспитании — формировать у ребенка представление о том, что Бог — живой. Что Он находится везде, все видит, все слышит. Он даже знает, что у человека в мыслях, в сердце, поэтому к Богу нужно обращаться сердцем — такие фразы ребенку говорить.

Это не надо делать специально, но при случае, когда вы говорите о Боге, надо это в сознание закладывать. Тогда у него не будет формироваться представление, что иконка в углу это Бог, что Бог это картинка. Такое отношение неправильно формирует религиозное сознание, попахивает не то чтобы идолопоклонством, но таким языческим отношением к Богу.

— А как ему помочь почувствовать Бога как живую Личность? Ведь Бога нельзя увидеть, потрогать, ребенок видит только образ с картинки…

— Образ это тоже хорошо, просто надо объяснять, что Бог на иконе изображается так, как Он на землю приходил. Но как Бог Он везде. Если ребенок задает вопросы, можно сказать — ну вот видишь, как воздух везде находится или как свет, также и Господь — он Дух и поэтому присутствует везде, все слышит, все знает, поэтому к Нему можно обратиться всегда, в любое время. Понятно, что это несовершенные образы, но они помогают понять аналогию.

Поэтому мы детей учим: «в школу идешь — помолись, или в садик, или перед каким-то делом, кратенько: "Помоги мне, Господи", и тогда Господь будет помогать, и твое дело сделается лучше...». То есть вот так по-простому ему объяснять. По крайней мере, в нашей семье так. Мы не садимся с детьми и не разбираем с ними катехизис.

Потом, когда дети начинают подрастать, можно книжку им дать почитать, Евангелие подарить в определенном возрасте…

— А в каком, кстати, возрасте стоит начинать читать с ребенком Евангелие?

— Не знаю, у меня сложное отношение к детскому Евангелию. Если это все в церковных семьях происходит, то я не вижу опасности. Понятно, что ребенок в церковной семье растет, и когда вырастет, он познакомится с взрослым Евангелием. Но я сталкивался с несколькими взрослыми людьми, которые росли в не очень церковных семьях, которым просто в свое время подарили вот эти детские Библии. Они что-то там прочитали с родителями, что-то запомнили, но отношение так и осталось — как к сказке, как к детским рассказикам таким… Поэтому если детское Евангелие читается в нецерковной среде, то я думаю, что это вряд ли хорошо.

Правило №3. Говорить просто и своевременно

— Моего ребенка при чтении Евангелия очень волнует момент распятия, он задает вопросы, почему Христос на Кресте, зачем Его убили и т.п. Переживает. Я ему пытаюсь объяснить, но до конца он все равно не понимает. Как это сделать доступно?

— Да, иногда даже ребенок в 5-6 лет задается вопросом, почему Господь на Кресте?

Это все очень сложно объяснить, если пытаться объяснять, как взрослому. Объяснять надо просто, в доступной для ребенка форме. Можно не вдаваться в физиологические подробности крестной казни. Надо объяснить, что Господь взошел на Крест добровольно. Пока ты этого еще не можешь понять, но Он это сделал для освобождения человека от власти дьявола. Нужно объяснить, что дьявол это падший ангел, который творит зло, и людей на зло совращает. Ребенку может быть не очень понятна смерть или вечная жизнь, зато ему понятно, что такое зло, что такое плохо, что есть силы зла, что есть духи, которые на стороне зла находятся. И вот чтобы нас от их власти освободить, Христос принес такую жертву, которая их власть над человеком разрушила. Не нужно объяснять, как разрушила, просто констатировать этот факт.

И самое главное — не отделять распятие от воскресения. Он был распят, чтобы воскреснуть — так надо в сознании увязывать. Чтобы распятие не фиксировалось в сознании отдельно, само по себе.

— Кстати, о воскресении. Сейчас многие мальчики с самого детства играют в разные компьютерные игры, где у героев много жизней, где они как бы постоянно воскресают. И они иногда путают Христа с компьютерным героем. Меня ребенок спрашивает: мама, а что, Бог был «неубиваемый»?

— Да, да, воскресение как еще один бонус… Я тоже с этим сталкивался. Понимаете, сказать, что Христос «неубиваемый», это значит, что смерть для Него ничего не значила. Нет, здесь надо уходить от этих парадигм, которые навязываются подобными играми. Нужно говорить, что дело не в том, что Он «неубиваемый», а в том, что Он умер по-настоящему. В этом-то и чудо. Если бы Он не умирал, никакого чуда не было бы.

В целом, что касается религиозного воспитания, то тут дело обстоит примерно так же, как с половым воспитанием. Как об интимных отношениях мужчины и женщины нельзя ребенку рассказывать раньше времени, так же и в глубокие тайны веры не нужно раньше времени посвящать. Потому что у ребенка сразу возникнет масса вопросов, на которые в принципе нельзя будет ответить. Он в принципе не сможет еще этого понять…

Продолжение следует.

Автор: 

Протоиерей Владимир Пархоменко, Беседовала Елена Балаян

Источник: 

eparhia-saratov.ru



 Orphus